Общероссийский ежемесячный журнал
политических и деловых кругов



Архив



№ 2 (82) - 2008

ТЕМА НОМЕРА:

Выборы Президента РФ


Ожидания "снизу" и намерения "сверху"


Какие шаги может предпринять третий президент

Считается, что россияне ждут от итогов голосования 2 марта сохранения достигнутой стабильности. Однако стабильность стабильности рознь. Вряд ли люди в массе своей желают стабильного всевластия бюрократии, галопа инфляции, дальнейшей поляризации между богатыми и бедными, углубления пропасти между донорами и акцепторами федерального бюджета. А если вспомнить еще нехватку достойных рабочих мест и жилья, деградацию систем образования и здравоохранения, близкое к агонии состояние агросектора, то проблемное поле, на которое вот-вот ступит третий президент России, приобретет вполне понятные черты.

Удобный случай

Допустим, верховная власть всерьез нацелена на решение системных проблем России, препятствующих переходу к современной экономике. Готовы ли к этому региональные администрации? Не станут ли они торпедировать благие почины федерального центра? Перевести страну на инновационные рельсы невозможно без полного доверия соратникам на местах – это как в разведке.
Превратив «спрутоподобную» ельцинскую власть в стальной каркас государственности, Владимир Путин связал себя компромиссными, порой сложными договоренностями с правящими элитами в регионах. С учетом огромного числа субъектов федерации образовалась громоздкая, а поэтому метастабильная конструкция – источник бесконечных проблем для Кремля.
Третий же президент России лично в достижении подобных договоренностей, как правило, не участвовал и, следовательно, имеет значительно большую свободу действий. Не правда ли, подходящий момент? Если В.В. Путин планирует вернуться в Кремль, не имеет смысла делать этого прежде, нежели преемник обновит губернаторский корпус.
Неслучайно летом прошлого года появился президентский указ «Об оценке эффективности деятельности органов исполнительной власти субъектов РФ». Отчеты о результатах работы по всем 43 показателям за 2007 г. губернаторам предстоит сдать в соответствующую комиссию при президенте до 1 мая 2008-го – аккурат к инаугурации.
Конечно, формальные оценки губернаторов могут быть весьма высоки, ибо слабо отражают главное. По большому счету, сверхзадача третьего президента – не модернизация и не диверсификация экономики, даже не борьба с бедностью. Отечество задыхается в метастазах коррупции: без победы над этим злом ничего хорошего не выйдет и на других фронтах.

По воле государства

На первый взгляд, коррупция неистребима, ею с младых ногтей пронизаны даже те, кто с коррупцией призван бороться. Как утверждают эксперты, поступление юноши или девушки со свежим аттестатом зрелости в высшую школу милиции обходится в несколько тысяч долларов (как правило, чем «выше» родительские связи, тем меньше мзда). Отдельные губернаторы не гнушаются посещать праздники в подобных учреждениях и произносить здравицы в честь тамошнего начальства.
Между тем история свидетельствует: государственные мужи способны достичь любой поставленной цели, если искренне в этом заинтересованы. Так, Италию к концу 1970-х контролировали террористы да мафия – естественно, с одобрения коррумпированных чиновников. Но возмущенный народ избрал правительство, которое твердо пообещало навести порядок. И что же? В считанные годы «спрут» был обескровлен, взяточники арестованы, «Красные бригады» разгромлены. Волю государственной машины не сломили даже расправы над следователями, судьями, прокурорами, за которыми охотились экстремисты, пытавшиеся сохранить статус кво.
Или взять Белоруссию, где в начале 1990-х царило двоевластие: республикой управляло как официальное правительство, так и воровской общак. В 1994-м под лозунгами борьбы с коррупцией президентом стал Александр Лукашенко. Его администрация не пожелала делиться влиянием ни с кем, прежде всего – с бандитами. Скоро началось невероятное: рэкетиры отказывались принимать дань, которую им несли уличные торговцы. Сегодня, по нашим данным, белорусский «гаишник» получает особую премию, если штрафует за нарушение ПДД водителя, который пытается уйти от наказания, размахивая «корочкой» сотрудника МВД, КГБ и т.п.
Конечно, в унитарной компактной стране реализовывать любые начинания проще, чем в бескрайней многонациональной РФ. В борьбе с коррупцией «регионалы» должны служить Москве верой и правдой, что далеко не всегда совпадает с их подлинными устремлениями. Поэтому список кандидатов на прощание с губернаторскими кабинетами может получиться довольно длинным: речь идет не только о главах субъектов, вовлеченных в коррупционные схемы, но также и о тех, кто «лишь» закрывал на коррупцию глаза.

Против олигархов

Реальная, а не показушная борьба с коррупцией не признает «священных коров». Помимо чиновников, в ее жернова могут попасть и некоторые из тех, кого с большим или меньшим основанием называют олигархами. В конце концов, олигарх – это крупный предприниматель, в интересах которого действует государственная власть и который сам порой занимает видную государственную должность.
К примеру, Михаил Ходорковский стремился к контролю над частью депутатов Госдумы (в особенности – над комитетом по бюджету и налогам). Хватало у него и иных амбициозных планов, что в конце концов обернулось «делом ЮКОСа»: олигарх нарушил обещание не заниматься политикой. Зато прочие миллиардеры честно держали слово, и у президента Путина претензий к ним быть не должно.
Другое дело – Д.А. Медведев, который, опять-таки, находится вне контекста давних договоренностей. Да и тот факт, что основные олигархические бизнес-структуры выросли из сырьевой экономики и прочно вросли в нее, красноречиво говорит за себя.
Если оставшиеся в России олигархи попытаются в той или иной форме бороться против инновационной модернизации, руки нового хозяина Кремля будут развязаны.

Административный передел

Годами не стихают разговоры о противостоянии «силовиков» и «либералов» в окружении В.В. Путина. Однако неординарные задачи страны невозможно решать вразнобой, без полного взаимного доверия и уважения всех руководителей процесса.
Еще в бытность свою главой президентской администрации Дмитрий Медведев выдвигал план ее реформирования. Насколько известно, план этот был отложен действующим президентом до лучших времен, поскольку вертикаль власти уже обрела в ту пору достаточную прочность, но еще испытывала нехватку гибкости, «ковкости». Сегодня «план Медведева» вновь актуален – поговаривают, вопрос о руководителе администрации третьего президента уже перешел в стадию проработки.
Всем известно, с какой неохотой В.В. Путин меняет своих назначенцев, скажем, в правительстве. И уж тем более не заинтересован он в личных разбирательствах с ближайшими сподвижниками. Гораздо удобнее вновь занять высший пост в российской державе после того, как преемник соберет на Старой площади команду, всецело «заточенную» под выполнение инновационного «плана Путина».

«Политес» победителя

Еще один аспект. Считается хорошим тоном, когда победитель выборов обращается к электорату своих поверженных противников, заверяя в добрых чувствах: дескать, я и ваш президент тоже. Что же представляет собой «проигравший» электорат в нашем случае?
ВЦИОМ и ФОМ дружно предсказывают по 7% голосов В. Жириновскому и Г. Зюганову, т.е. каждый из них может собрать по 4,9 млн «галочек» в бюллетенях. Относительно А. Богданова социологи расходятся: ВЦИОМ предрекает ему 1%, а ФОМ – 0%. Иными словами, найдутся люди, которые отдадут Богданову голоса, но их число уложится в пределы статистической погрешности.
Всего же «не-победителя» президентской кампании в феврале 2008 г. готовы были поддержать 10 млн активного электората, что не превышает 10% общего числа избирателей. Впрочем, 2 марта их окажется, вероятно, еще меньше: так уж устроена душа народная, что «по умолчанию» стремится на сторону победителя. Трезво взвесив шансы, за преемника проголосуют многие из тех, кто 2 декабря 2007-го поддержал КПРФ и ЛДПР. Однако политические воззрения у этих «выигравших проигравших» не переменятся: сторонники коммунистов по-прежнему будут мечтать о «царстве справедливости», а электорат жириновцев сохранит свою маргинальную безыдейность.
Между тем модернизация страны потребует жертв не только со стороны «сильных», но неизбежно коснется масс: резко упадет престиж одних профессий и подскочит востребованность других. Да и задача четырехкратного роста производительности труда, которую сформулировал Путин на февральском Госсовете, прямо противоречит привычке работать спустя рукава, поразившей общество в советские годы.
Только одна иллюстрация к сказанному. По данным психологов СПбГУ, жители культурной столицы демонстрируют крайне низкие базовые способности: работоспособность – 0,36, жизнеспособность – 0,46, обучаемость – 0,39, способность к инновациям – 0,6 (по шкале от 0 до 1). Нет оснований полагать, будто в прочих регионах эти показатели заметно отличаются в лучшую сторону. Маловероятно, что столь вялых людей привлечет перспектива пополнить средний класс, к чему также призывает президент: «Минимальной планкой доли среднего класса в общей структуре населения к 2020 году должен быть для нас уровень не менее 60%, а может быть, и 70%...»
Поэтому несложно предсказать, что миллионы обиженных вольются в ряды сторонников КПРФ и ЛДПР: пробьет час маргиналов – словно в начале 1990-х. А партийные лидеры используют новые электоральные возможности, чтобы с привычным популизмом вставлять палки в инновационные колеса России.
И отсюда вытекает еще одна задача преемника – достроить вторую партию... власти. С тем, чтобы призракам прошлого наконец-то путь во власть был заказан.

Александр Брусиловский